полковник Чарльз Роуэн.
Он помнил их портреты, их биографии. Помнил...
— Вы имеете в виду тех двоих, — он откашлялся, чтобы прочистить горло, — которых назначил сэр Роберт Пил?
— Сэр Роберт? — Казалось, Флора сбита с толку. — Я слышала, что старый сэр Роберт тяжело болен и на выздоровление надежды нет. Неужели он уже умер? А мистер Пил унаследовал титул баронета после своего отца?
— Нет-нет! Еще нет! — вскричал Чевиот. — Извините,— добавил он более спокойным тоном.— Я оговорился.
— Гм-м, — пробормотала Флора. — Вам уже пора идти. Однако, прошу вас, не оставайтесь там слишком долго.
И она еще раз подставила губы.
Нет смысла излагать здесь то, что происходило в последующие несколько минут. А когда Чевиот вышел из кареты и уверенно направился к двери дома номер четыре на Уайтхолле, от его приступа страха уже не осталось и следа.
«Ну что же ты! — услышал он свой собственный иронический внутренний голос. — Разве это не более чем следующая часть твоего сна, твоей тайной мечты, которая есть у каждого человека? Разве ты не хотел узнать, как работал старый Скотленд-Ярд? Когда подонки общества были хищны, как тигры, когда банды убивали всех без разбору, когда полицию ненавидели и обрушивались на нее с обвинениями, что она пре-
пятствует свободе личности. Когда загадочные преступления, кражи и убийства можно было расследовать только по счастливой случайности или благодаря до- носам тайных осведомителей.
Да, допустим, что убийство, — продолжал нашептывать тот же иронический голос, — всегда грязное и очень скучное дело; это вовсе не материал для романа. Ну и что же из этого! Разве ты не мечтаешь страстно вот уже много лет пробудить в них ужас решением какой-нибудь подобной загадки с помощью отпечатков пальцев, баллистической экспертизы или современной дедукции? Разве ты не хочешь, как и прежде, удивить их тем, что все это можно следить?»
— Да!—пробормотал вслух старший инспектор Чевиот.
Под номером четвертым на Уайтхолле находилось красивое кирпичное здание, сквозь