с прошениями люди из низших сословий, и он хлопотал за них перед губернатором и другими влиятельными лицами. Этим он известен в городе... А в самом деле, Лутц, пого-ворю-ка я с секретарем Рутовым!
Матиас горячо пожал мастеру руку.
— Сделайте это, господин Виттельбах! — сказал он.— Здесь если кто и в силах помочь, то только сам губернатор; но доложить ему должен кто-нибудь такой, чье слово имеет вес. Вы, мастер, этим дарите несчастной беглянке первый проблеск надежды. Как она будет вам благодарна!
— Я и сам думаю, что нашел правильный путь,— заметил Витте льбах, явно польщенный.— А если подобная история не тронет губернаторского сердца — значит, нет больше гуманности на земле! Хоть губернатор и сам немецкий помещик, и с дворянством живет в дружбе, но несправедливость есть несправедливость и насилие есть насилие — не будет же он их защищать!
— Но есть еще один вопрос,— произнес подмастерье озабоченно.— Примет ли супруга мастера эту девушку в свой дом... согласится ли она?
— О, насчет этого можете быть спокойны! — ответил Виттельбах смеясь.— Во-первых, в доме хозяин — я, а во-вторых, не каменное же сердце у моей женушки. Сегодня же вечером все будет улажено.
Мастер Виттельбах сдержал слово.
Когда он пришел домой, оказалось, что Тийна уже сообщила хозяйке свою просьбу и та выслушала ее благосклонно; а если у мадам Виттельбах из-за страха перед возможными неприятностями и оставались еще какие-либо сомнения, то мастер рассеял их своими красноречивыми доводами. Беглой крестьяпсшш девушке дали в доме мастера убежище. Люди, посвященные в ее тайну,
То есть на Вышгороде говорили непосвященным, что эта девушка — швея госпожи Виттельбах. У супруги мастера действительно нашлось для швеи немало работы, и вскоре хозяйка с удовольствием заметила, что заполучила усердную, искусную и благодарную работницу.

10 КАК ХОДОКИ ИЗ АНИЯ ПОБЫВАЛИ В ТАЛЛИНЕ
Знойный июльский день клонится к вечеру. На небе ни облачка. Тончайший сухой туман, точно пыль, застилает море и землю серовато-голубой