чтобы эта девушка отдала свою жизнь ему, ему одному, стоило заплатить ценою собственной жизни, да и этой цены было бы мало...
Он порывистым движением поднял весла в лодку.
— Лена, почему вы не хотите стать моей женой? Он и сам был почти испуган своим резким вопросом.
А Лона застыла, безмолвно глядя па него.
— Я хочу знать, почему вы настроены против меня,— продолжал Лутц, как ему казалось, спокойнее и мягче; но голос его все же звучал так сурово, будто его сердце сжимал затаенный гнев.
— Я... против вас? — повторила девушка, выпустив из рук руль; она хотела еще что-то сказать, но словно внутренняя сила сковала ей язык. Матиас заметил, что она стала такой бледной, какой он еще никогда ее не видел.
— Вы последнее время относитесь ко мне с неприязнью...— Матиас бросал отрывочные фразы, не спуская глаз с лица девушки.— Ведь сначала мы с вами хороню относились друг к другу... Мне казалось — мы лучшие друзья... я считал, что вы ко мне расположены... я и думать не мог, что вы дадите мне такой ответ... что с вами случилось за это время?
— Я и сейчас к вам отношусь хорошо... мы и теперь друзья,— тихо ответила Лена; голос ее был таким же мягким, умоляющим, как и взгляд.
— Но такая дружба мне совсем не по душе! Я надеялся на большее, я желал большего. Для меня эта дружба все равно что голод... Лена, вы кого-то полюбили? С кем вы познакомились за это время? Молодая девушка отрицательно покачала головой.
— Я ни с кем не познакомилась, вернее — ни с кем таким, кого могла бы полюбить.
— Это правда?
— Да, правда.
Это «да» Лена произнесла так уверенно и искренно, что Матиас с облегчением вздохнул.
— Тогда объясните мне, почему вам кажется, что вы не будете со мною счастливы. Мне думается, я далеко не самый дрянной человек на свете. Руки у меня сильные, здоровье крепкое. Злым меня тоже назвать нельзя, насколько мне известно...
— Но ведь вы обручены, господин Лутц, вы не свободны!
При этих словах по лицу Матиаса словно скользнул яркий луч.
—