вопросом лениво отвечает Майту высокий человек, который сейчас, лежа ничком на траве за избой, предается воскресному отдыху. У него лицо в оспинах, большой толстый нос и серые глаза. Рот у него всегда приоткрыт, за толстыми бледными губами видны белые зубы.
Маленький Майт садится подле него на корточки и говорит шепотом, боязливо косясь в сторону лачуги:
— Мать говорит, что Майду не баронский сын, а Матси Прийду, и Сильму Микк, и Уэтоа Мари, и пурика-ский мальчишка — все говорят, что у Майду есть папаша.
— Нашел кого слушать — мало ли на деревне языком треплют!
— А мельница...— запинаясь, лепечет мальчик, и губы его дрожат от волнения.— А мельница и сапоги... и...
— Какая мельница, какие сапоги?
— Барон сказал — подарит Майду...
Конна Як соображает туго, медленно. Он пытается понять, что означают слова мальчика. Но сообразить, понять — для Яка дело нелегкое. Сонными глазами смотрит он на Майта, потом куда-то в пространство и молчит. Но смышленый мальчуган придумывает за это время маленькую дипломатическую ложь.
— Барон сказал, чтобы Майду приехал,— говорит он,— сейчас же приехал к нему, и он подарит Майду мельницу — мельница крутится и мелет муку... и новые штаны, красивые... с красными полосками, и сапоги... большие сапоги... И ты должен сейчас же запрягать...
— Кому он это говорил?
— Матси Прийду,— уверенно отвечает мальчик.
— Прийду врет.
— И Мари из Уэтоа он тоже говорил.
— Они тебя обманывают.
— И денег тоже даст, сказал. Барон богатый.
Як, по-прежнему лежа на животе, подпирает голову обеими руками Он сейчас похож на большого ленивого тюленя. Услышав о деньгах, Як настораживается, но вскоре на его лице снова появляется выражение обычного равнодушия. Он что-то бормочет, потом привлекает мальчика к себе, на траву.
— Не будь ты дурнем, не верь им — они над тобой смеются,— поучает он ласково.— Барон, правда, человек богатый, но чтоб он тебе что-нибудь...— тут Як спохватывается и добавляет: — Да барона никакого и нет вовсе...